Вы-сказка

Однажды объявилась в море огромная Рыбина. Плавники на спине — как частый лес, а где хвост кончается — и вовсе не видно. Рыбаки к берегу жмутся, выходить в море боятся.

Но Рыбина и в залив заплыла. А оттуда до славного города Риги рукой подать. Всполошились рижане — хотели целое войско на кораблях выслать, чтоб отогнать Рыбину подальше в море. Но один старый да бывалый воин сказал: — Лучше её не тревожить, а то махнёт хвостом, залив взбаламутит и Ригу затопит.

На беду, в это время зазевался на мели рыбак в плохонькой лодчонке. Его и вынесло волною в залив. Рыбина — хап! — и проглотила рыбака целиком со всей его лодчонкой. Жив рыбак, но у Рыбины в животе темно, да и есть хочется. А у рыбака в лодке частая сеть была. Вот закинул он сеть, наловил мелкой рыбёшки, развёл огонь, нажарил её и наелся досыта. И всё это у Рыбины в животе.

Разболелся у Рыбины живот от рыбацкой возни да стряпни — выплюнула она рыбака со всеми его снастями, а сама уплыла в море.

А Рига до сих пор стоит.

Было у отца три сына: два умных, третий дурак. Умным сыновьям отец дал лошадь хворост возить, а дурачку пришлось на спине таскать. Однажды едут умные сыновья на возу с хворостом, глядят — на дороге лягушка стонет. Просит лягушка перенести ее через канаву, но умники переносить не стали, да еще и кнутом ее огрели. Подошел дурачок с вязанкой хвороста на плечах и исполнил просьбу лягушки. За это посулила лягушка быть ему во всем помощницей. Чтобы не таскать дураку хворост на спине, подарила ему лягушка белого коня.

Read more »

 

   Как-то раз собаки загрызли зайчонка. Увидали это заяц с зайчихой, заплакали, заверещали и побежали к лесному деду — на собак жаловаться.

  Дед позвал судей — медведя с медведицей — и стал судить собак.

   — Ах вы, разбойники! — закричал он. — Да как вы посмели загрызть зайчонка?

   —  Помилуй   нас! — взмолились  собаки. — Мы были очень голодны.

  Долго думали судьи, а потом сказали друг другу:

   —  Как их судить! Кто из нас сам голодным не бывал?

  Лесной дед хотел было уже отпустить собак, но тут все зайцы заплакали в голос:

   —  Житья нам теперь не будет! Всех загрызут собаки.

Стали судьи опять думать и решили так:

   —  Вперед, чтоб не смели собаки к живой твари и близко подступаться, а если уж падет зверь, — пусть тогда съедят его.

  А чтобы больше не было спору, судьи записали свое решение и выдали собакам грамоту.

Read more »

Жил в одном государстве король, было у него трое сыновей. Проведали сыновья о том, что в девятом государстве короля, есть такая птица, которая исполняет все, что ей только прикажешь. Живет-де птица та в саду, в золотой клетке; висит клетка на липе с тремя вершинами. По вечерам прилетает птица домой спать в золотую клетку. А самое главное вот что: у птицы на когте левой ноги есть маленькое колечко. Кто колечко снимет, тому птица и подвластна. Многие ходили за колечком, да понапрасну.

Сговорились и королевичи пойти. Сперва идет старший брат, седлает он коня и в дорогу сбирается. Младшие братья тоже оседлали своих коней и провожают старшего до моста. На мосту старший брат спешился, сделал мечом три зарубки и наказал обоим братьям каждый день приезжать на зарубки поглядывать. Ежели зарубки белые, стало быть, все у него благополучно; ежели кровавые, то пусть спешат на подмогу.

На девятый день прискакал старший брат в девятое государство, ко дворцу королевскому, и говорит, что за птицей, мол, приехал. Король только покачал головой, призадумался и молвит в ответ:

—   Да как же, сынок, ты добудешь эту птицу? Ведь это сама Птица Булбулис! Сколько за ней ни приходило, сколько еще не придут — все понапрасну!

Но старший брат стоит на своем:

—   Что бы там ни было, а я все равно пойду!

Ладно. Солнце на закат, он в сад заходит и высматривает, где стоит липа с тремя вершинами. Глядит в одном месте — нету, глядит в другом — нету; наконец просунул голову меж густых берез: вот она. Обрадовался он, сразу протискивается меж берез, а там на маленькой полянке стоит липа с тремя вершинами и золотой клеткой. Полянка заросла травой густой-прегустой. Вокруг тишь, потому что птица еще не прилетела. Схоронился он в высокой траве и ждет. Немного погодя весь сад щебетом наполнился, будто в нем вдруг тысячи и тысячи птиц запели. Тут подлетает сама Птица Булбулис. Садится она на клетку и, оглядевшись по сторонам, этак жалобно-прежалобно спрашивает:

—  Все спят; неужто ни единой души нет, кто бы сказал: «Птица Булбулис, шла бы и ты спать!

Старший брат думает: «Коли в этом вся беда, так еще ничего». Вот он и говорит:

—  Птица Булбулис, иди спать!

Но в тот самый миг Птица Булбулис ударила его крылом, и — глядь! — превратился старший брат в березу. Read more »

В стародавние времена было у одного отца четверо детей — один сын да три дочки. Дочки за вдовым отцом усердно ухаживали, а сын — тот без устали потчевал его самыми вкусными яствами. Счастливо жилось отцу на склоне лет при таких добрых детях. Говаривал он, бывало: «Покуда вы, детки, станете жить мирно да дружно, сама Лайма вам улыбаться будет. Ты, сынок,— как я помру, — женись сразу, а сперва сестер замуж выдай. Послушаешь меня — далеко в жизни пойдешь».

Послушался сын отца и долго после его смерти жил со своими сестрами. Но в один злосчастный день судьба рассудила по-иному и отняла у брата любимых сестер. А было дело так. Как-то в полдень сестры в саду гуляли. Тут откуда ни возьмись налетел вихрь и умчал сестер неведомо куда. Искал брат сестер три дня и три ночи — нигде ни следа! Ушел брат из дому и пошел по свету искать своих сестер. Ходит, ищет, выспрашивает — да все понапрасну. Хлебушек съел, припасы у него кончились, не знает бедный братец, что теперь делать, как быть?

«Будь, что будет,— решил он,— а домой мне все одно возврата нет. Коли такое дело — стану питаться, чем бог пошлет».

Вскоре ему заяц повстречался. Проскакал, было мимо, а братец ему и говорит:

— Зайка-увалень, не скачи мимо: голоден я, моченьки нет. Съем тебя.

— Не ешь меня, парнишка-братишка. Я с тобой пойду, в беде помогу.

Ладно. Вскоре братцу волк повстречался, хотел, было мимо пробежать, а братец ему говорит:

— Волчишка-воришка, не убегай: я голодный, съем тебя.

— Не ешь меня, парнишка-братишка: за тобой побегу, в беде помогу.

Ладно. Повстречались братцу слепни да осы. Хотели они мимо пролететь, а братец им и говорит:

— Эй, слепни-кусачи, эй, осы-дудари! Не улетайте, я голодный, съем вас.

— Не ешь нас, парнишка-братишка! Мы с тобой полетим, в беде пособим.

Ладно. Вскоре братцу сокол повстречался. Хотел сокол мимо пролететь, а братец ему говорит:

— Соколок-кривой клювок! Не улетай: я голодный, съем тебя.

— Не ешь меня, парнишка-братишка: я с тобой полечу, в беде пособлю.

Ладно. Вскоре братец рака повстречал. Хотел рак от братца попятиться, а братец ему говорит:

— Не пяться, рачок-ползунок: я голодный, съем тебя.

— Не ешь меня, парнишка-братишка, тебе вслед поползу, в беде помогу.

Ладно. Идут себе вместе парнишка-братишка, да зайка-увалень, да волк-воришка, да осы-дудари, да слепни-кусачи, да соколок-кривой клювок, да рак-ползунок. Вошли они в лес. На второй день видят — избушка на курьей ноге вертится-крутится. Братец ей и говорит:

—  Остановись, избушка, дай путникам приют.

Остановилась     избушка.    Вошли     путники, видят — сидит     старушка.     Спрашивает     она путников:

—  Куда идете?

Ей братец в ответ:

—  А ты нас накорми да спать положи, завтра мы все тебе и расскажем.

Приютила их старушка. Утром братец рассказал ей все по порядку и спрашивает:

—  А не знаешь ли, где мои сестрицы?

Старушка в ответ:

—   Я, братец, не знаю, где твои сестрицы. Но коли сходишь к моей сестре, она, пожалуй, скажет.

Они и пошли. На другой день в глухом бору увидали другую избушку на курьей ноге. Братец говорит:

—   Остановись, избушка, дай путникам приют — отдохнуть немножко.

Избушка остановилась. Зашли путники, видят — другая такая же старушка сидит. Спрашивает старушка:

—   Куда идете?

А братец в ответ:

—   Накорми да спать положи. Утром все и расскажем.

Приютила их старушка. Утром братец ей все по порядку рассказал и спрашивает:

— Коли знаешь, — открой, где мои сестрицы?

Старушка в ответ:

—   Скажу тебе, где твои сестры. Одна за щукою замужем, другая — за орлом, а третья — за медведем. А чтоб тебе до них добраться, надобно сначала у ведьмы верхового коня заработать. А до ведьмина жилья три дня пути.

Пошли путники ведьму искать. Через три дня отыскали ее, и нанялся братец к ней в работники с таким уговором: коли устережет он три дня подряд дюжину кобылиц — получит жеребенка. Погнал утром братец двенадцать кобылиц на пастбище, а двенадцать жеребят на конюшне остались. Пошли с братцем и попутчики его, да все спать и залегли. Только зайка-увалень не спит: он-то, глядь, всех хитрее оказался. Говорит:

—   Ты спи себе, парнишка-братишка, спите все, а я пойду да послушаю, о чем кобылы промеж себя говорят.

Прыг-скок! Подскочил зайка-увалень к кобылам и слышит: вот тебе и на! Кобылицы-то вечером домой идти и не - думают — они-де не дуры: ведь им ведьма строго-настрого наказала — пока одну гонят, остальным по кустам разбежаться. Услыхал это братец — и мурашки по спине пробежали. А слепни-кусачи да осы-дудари смеются:

—   Не кручинься. Пойдут они по кустам бродить, а мы их — жалить. Загоним их домой, вот увидишь.

Так и сделали: вечером кобылицы бродят-плутают. Но слепни-кусачи да осы-дудари как принялись им шкуры колоть! Мотыльками кобылицы домой понеслись.

Ругает их ведьма, а они в ответ:

—   Пойди-ка ты сама: поглядим, что делать станешь?

И на другой день то же самое было.

А на третий день зайка-увалень с такой вестью прискакал: ведьма-де приказала, чтобы кобылы от кусачей не в конюшню спасались, а в дремучий бор, туда-де кусачам не пробраться. Read more »

Отслужил солдат свой срок, и отпустили его на все четыре стороны.

Вот идет он по дороге — сам не знает куда. И захотелось ему есть. А на беду — ни села поблизости, ни деревни. Приуныл солдат и подумал: «Хоть бы попался кто-нибудь навстречу, может, угостил бы служивого!»

Глядь, а впереди на дороге показался какой-то старичок.

Вот поравнялись они, старичок и спрашивает:

— Что, солдат, невесело шагаешь?

— А что веселиться, когда в брюхе пусто! Есть у меня три копейки, купил бы кусок хлеба, да кто продаст в этаком пустынном месте!

—  Ну, служивый, тебе-то унывать нечего. У тебя хоть три копейки в кармане, а у меня и того нет. Может, ты со мной поделишься, дашь мне одну копейку?

—  А на, бери. Я не жадный, — отвечает солдат.

Старичок взял копейку, сунул ее в карман и говорит:

— Глянь-ка сюда, что-то у меня тут завалялось. Не пригодится ли тебе? — И вытаскивает из кармана трубку.

— Ого! — сказал солдат. — Вот это дело. Трубка служивому — первый друг. Ну, спасибо тебе, старик, будь здоров.

Закурил солдат и пошел дальше. Идет и попыхивает трубкой. Будто веселее стало на душе. Курил, курил, а все не кончается в трубке табак.

«Вот чудеса! — думает солдат. — Трубочка-то мне, кажется, досталась не простая. Вот бы теперь еще кусок хлеба — чтобы есть его и не съесть никогда!»

Только подумал, смотрит — идет другой старичок. Такой же седенький и на палку опирается.

— Здорово, служивый, — говорит старик. — О чем это ты призадумался?

— Да вот, дедушка, думаю, что неплохо бы пожевать чего-нибудь. Трубка у меня есть и две копейки найдутся, а вот хлеба — ни крошки.

— Ну, это, сынок, еще не беда. У меня и того нет. Разве ты со мной поделишься, дашь мне копейку?

— Отчего ж не дать? — говорит солдат.— Бери, мне не жалко.

Взял старик копейку и сунул ее в карман да вдруг говорит:

— Эй, постой, служивый, что-то я тут нащупал. Может, придется тебе по вкусу.           — И старик вытащил из кармана бутылку с вином.

— Вот так подарок! — воскликнул солдат. — Ну и угодил же ты мне, старик. Спасибо тебе. А теперь будь здоров.

И дальше зашагал. Немного прошел и решил хлебнуть из бутылки. Раз глотнул, другой, поглядел бутылочку на свет, — а вина нисколько не убавилось.

«Эге, — думает, — и бутылочка-то не простая. За всю жизнь не выпить до дна. Теперь к этому бы винцу да добрую закуску — то-то бы хорошо!»

Только подумал, видит — плетется третий старичок навстречу. Подошел поближе и спрашивает:

— Что невесел, солдат? Никак, приуныл с чего-то?

— Да нет, — отвечает солдат, — унывать служивому не годится, а и радоваться-то не приходится. Есть у меня трубка, есть бутылка с винцом и копейка вдобавок. Только хлеба — ни кусочка, с утра ничего не ел.

— Это еще не беда, а полбеды, сынок! Вот у меня и того нет. Может, пожалеешь старика, дашь копейку?

— Ну, бери, я не жадный.

Старик спрятал копейку и говорит:

—  Спасибо, солдат. Надо бы и тебя одарить.

Да не знаю — чем. Возьми хоть эту суму.

Тут он снял со спины холщовую суму и отдал солдату. А сам дальше пошел.

И солдат зашагал своей дорогой. Идет и думает:

«Вот чудной старик! Ну, зачем солдату пустая сума?»

Только подумал, вдруг видит — едет по дороге большой воз. А на возу чего только нет! Белые хлебы горой сложены, колбасы кольцами вьются, в корзинах гуси жареные, куски сала, сыра круги. Рядом с возом староста шагает, лошадь подгоняет кнутом. Видно, везет на ярмарку барское добро.

У солдата так и засосало под ложечкой. Тряхнул он своей сумой и вздохнул тяжело.

—  Эх! — говорит сам себе. — У барина воз полным-полон — у бедного солдата сума пустая. Мне бы хоть каравай хлеба да сала кусок!

И что же вы думаете! Только он это сказал, — скатился с воза круглый каравай, а за караваем сала кусок да — прыг! — в солдатову суму.

—  Вот это дело! — обрадовался солдат, завязал суму покрепче и дальше пошел.

Шел - шел и пришел к барскому дому. Сам барин вышел ему навстречу и говорит:

—  Куда идешь, солдат, на ночь глядя? Переночуй у меня. Отдохни с дороги.

Удивился служивый. Что за чудеса? Барин, а с простым солдатом, ну, точно с родным братом, разговаривает. Read more »

 

На одном хуторе долго дождя не видали. Затосковал по дождю хозяин и просит его:

  «Заглянул  бы к нам  хоть мимоходом!»

  Услыхал дождь и пришёл в гости. Обрадовались хозяин с хозяйкою — выбежали за  порог встречать долгожданного. А дождь думает:

  «Вот ведь как рады! Погощу-ка у них подольше!»

День льёт, другой льёт и на третий поливает, сквозь сито подсевает. Хозяйка хмурится:

 

Бельё не сохнет,

Скотина мокнет.

Всё водою залито.

Шёл бы ты, дождь,

За далёкий лес

Колыхать своё сито!

 

  А дождь хоть бы с места стронулся — сито колышет, будто не слышит. Тут и хозяин взмолился:

 

Как же сено копнить,

Огород боронить?

Всё водою залито.

Шёл бы ты, дождь,

За далёкий лес

Колыхать своё сито!

 

  А дождь хоть бы с места стронулся — сито колышет, будто не слышит.

  На счастье, бежал мимо ветер, дунул раз, дунул другой — облака за далёкий лес отогнал. А за ними и гость — дождь надоедливый — умчался.